Рыцари-госпитальеры в России

Павел первый

После того, как французский Конвент в 1792 году лишил госпитальеров всех владений во Франции, и кавалеры Ордена были выдворены из этой страны, их приютил не кто иной, как русский государь: указом от 4 января 1797 году Павел I учредил в России Великое приорство иоаннитское со «всеми теми отличностями, преимуществами и почестями, коими знаменитый Орден сей пользуется в других местах по уважению и благорасположению государей». Одновременно Павел обязался следить за точным выполнением кавалерами орденских законов и уставов, а также отметил, что обязанности мальтийских кавалеров всегда неразлучны с долгом каждого верного подданного к его отечеству».

Понятно, что когда Фердинанд Гомпеш «без сожаления, чести и похвал» сдал Мальту французам, негодованию Павла не было предела. Как «протектор религии мальтийских рыцарей» он подписал декларацию, в которой выражал протест против позорного поведения и действий бывшего Великого Магистра (русский царь в своем гневе был не одинок: Гомпеша резко осудила вся Европа, а папа Пий VI с горечью отметил, что земные дела иоаннитов отныне его больше не интересуют). Декларация заканчивалась такими словами: «Мы приглашаем все языки и великие приорства священного Ордена святого Иоанна Иерусалимского и каждого его отдельного члена присоединиться к нашему решению с целью сохранения этого достойного похвалы братства и восстановления его во всем прежнем блеске. Совершено в Гатчине, 10 сентября 1798 года, во второй год нашего правления. Павел».

Накануне опубликования декларации в Петербурге, в одном из залов «Замка мальтийских рыцарей» (дом на Садовой улице, некогда принадлежавший канцлеру графу Воронцову, творение Растрелли), прошло собрание рыцарей-госпитальеров, на котором Великий Приор Юлий Литта в ультимативной форме потребовал, чтобы Великим Магистром взамен низложенного Гомпеша иоанниты избрали российского государя. Собравшиеся в замке рыцари ответили на предложение Великого Приора единодушным согласием. Граф отправился в Гатчину, где Павел I немедленно подписал акт » О поступлении острова Мальты под защиту России». Вызвав к себе президента Академии наук барона Николаи, император первым делом приказал в издаваемом Академией календаре обозначить остров Мальту «губерниею Российской империи». Послу же России в Риме Лизакевичу повелевалось вступить в сношение с римской курией, дабы решить вопрос об избрании православного и вторично уже женатого Павла I (первая его жена, Наталья Алексеевна, умерла при родах) главой католического Военно-монашеского ордена. Папа Пий VI, назвав Павла «другом человечества» и заступником угнетенных, не замедлил дать положительный ответ.

Утром 29 ноября 1798 года в Зимнем дворце император всероссийский Павел I Петрович был торжественно избран Великим Магистром Ордена святого Иоанна Иерусалимского. Мальтийский крест встал рядом с двуглавым орлом Российской империи. Главная резиденция Ордена отныне располагалась в Санкт-Петербурге, в бывшем Воронцовском дворце. По распоряжению Павла на Каменном острове были построены странноприимный дом и католическая церковь, которую освятили именем святого Иоанна Крестителя. Здесь же размещалась канцелярия Ордена, казначейство и квартиры для командированных в Петербург глав различных «обержей».

Но не только внешним атрибутам придавал значение Павел. В одном из манифестов прямо подчеркивается его политическое и религиозное расположение к Ордену: «Орден …от самого своего начала благоразумными и достохвальными своими учреждениями споспешествовал как общей всего христианства пользе, так и частной таковой же каждого государства». Словарь Брокгауза и Ефрона отмечает, что, по мысли Павла, Мальтийский Орден, столь долго и успешно боровшийся против врагов христианства магометан, должен был объединить «все лучшие охранительные элементы Европы и послужить могучим оплотом против революционных движений».

Увлечение Павла Мальтийским Орденом началось, когда он был еще подростком: воспитатель будущего императора граф Никита Панин подарил ему прекрасно иллюстрированную «Историю гостеприимных рыцарей святого Иоанна Иерусалимского, называвшихся потом родосскими, а ныне мальтийскими рыцарями» Верто д’Обефа. Однако не надо думать, что Павел был единственным русским государем, кто придавал большое значение российско-мальтийским связям.

Отношение России с Орденом начались еще во времена Великого Магистра Раймонда де Рокафуля (1697-1720), при Петре I, который понимал всю необходимость создания широкого фронта против мусульман. В те времена Мальтийский Орден в России называли Орденом святой Мальты или Ивановским. Доподлинно известно, что Петр Первый, вручив свою грамоту, отправил на архипелаг к Великому Магистру графа Бориса Петровича Шереметева, который затем первым из русских красовался при дворе филигранным мальтийским крестом на груди.

Сохранились в архивах и сведения о том, что в царствование Елизаветы Петровны в Петербург являлся посланник Великого Магистра некто Сакрамоза: «…Ее Императорское Величество изволила апробировать доклад канцлера графа Воронцова о выдаче маркизу Сакрамозе фунта лучшего ревеня, дабы он мог отвезти сие в подарок своему гранд-метру». Екатерина Великая, благосклонно относясь к Ордену и его Великому Магистру Рогану, послала на Мальту шесть учеников для приобретения там «навыка навигационного и морского дела», а также отправила туда в качестве посланника офицера российского флота Антония Псаро.

Да и сами рыцари-монахи искали союза с Россией в борьбе против турок. Причем так активно, что министр иностранных дел Людовика XV граф Шуазель даже пригрозил Рогану конфискацией всего имущества и земельных участков иоаннитов, находившихся во Франции, если рыцари не прекратят «российский флирт». Престарелый Роган был вынужден отказаться от альянса с Екатериной. Однако до конца своей жизни состоял в тайной переписке с императрицей, переслав ей все планы и карты, составленные Орденом для военной экспедиции на Восток.

Российско-мальтийский «флирт» окончательно прекратил внук Екатерины и сын Павла император Александр. Уже на четвертый день своего царствования он объявил, что «в знак доброжелательства и особого благоволения» он принимает госпитальеров под свое покровительство, но отказывается возложить на себя титул Великого Магистра. Вслед за этим он приказал отменить изображение мальтийского креста в российском государственном гербе, а в 1817 году было высочайше объявлено, что «после смерти командоров Ордена св. Иоанна Иерусалимского наследники их не наследуют звания командоров Ордена и не носят знаков Ордена по тому уважению, что Орден в Российской империи более не существует».

Таким образом, после смерти Павла госпитальеры вновь превратились в странствующих рыцарей, находя пристанища при различных европейских дворах.

Интересная штука история! Кто знает, что стало бы с Мальтой, если бы в ночь с 11 на 12 марта 1801 года Николай Зубов не ударил императора Павла I Петровича тяжелой золотой табакеркой в висок (по другой версии, Павел был задушен шарфом или задавлен заговорщиками). Быть может, этот средиземноморский архипелаг, действительно, вошел бы в состав Российской империи на правах губернии. Но было ли бы от этого лучше Мальте — вот в чем вопрос.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>

Яндекс.Метрика

UA TOP Bloggers