Украинский рейд на Вену

Даниил

Шел 1252 год. От смерти Фридриха II Бойкого, последнего австрийского герцога, уже восьмой год шла упорная борьба за его наследство: с одной стороны свои претензии к Австрии выдвигал немецкий император, с другой — папа (тот, что римский) не хотел допустить его укрепления. Между первым и Вторым всунулись и наиболее в то время вероятные наследники — сестра Фридриха, Маргарита и сестра его брата Гертруда — и «добрые» соседи: чешский король Оттокар III и мадьярский король Бела IV, оба, кстати, ожесточенные между собой враги. (Вот такая «веселая компания»). Австрия переходила из рук в руки. Гертруде, уже пережившей двух мужей (с Владиславом Моравским жила всего 9 месяцев, с Германом V Боденским немного большее, чем два года и с последним сидела даже некоторое время на австрийском престоле) не улыбалось уступить и когда Оттокар III чешский усилил свои притязания на женитьбу с Маргаритой (тоже вдовой), она с благосклонным ей королем Венгрии Белей IV, начала поиски нового союзника. Кто же мог быть лучше, чем могущественный приятель Беллы, галицко-волынский князь и обладатель огромных пространств, чуть не опиравшихся об Балтийское море — Даниил, у которого, кстати, был еще и молодой, неженатый престолонаследник, князь Роман, а Гертруде к тому времени было всего 26 лет жизни?

Даниил принял предложение. Галицкий князь и мадьярский король подписали договор. Гертруда вышла замуж за Романа Даниловича и вносила ему приданым «Ракуську и Штирську Землю» со столицей Веной. Свадьба обоих произошло в Гимбурге (наша летопись называет этот город Инсперк, историк Карамзин говорит, что это Юденбург). Весной 1252 г., благосклонная Гертруде партия при поддержке венгерской армии позволила молодым господствовать пока лишь над частью австрийской территории. В самой Вене стояли немецкие войска, заслабые, чтоб могли их прогнать, и слишком сильные, чтобы можно было отбить у них столицу, немецкий император имел пока полные руки хлопот с другими князьями.

Очевидно, Оттокару чешскому немножко (а может и не немножко) не понравился ход дел, к тому же еще в пользу «каких-то» галицких Романовичей. (Очевидно, он сам мечтал совершить переезд своей собственной королевской персоны еще и на австрийский престол). Поэтому его войско двинулось в поход. Слабая армия Гертруды и Романа разлетелась, венгерские корпуса отступили. Чехи осадили Гимбург, молодой обладатель Австрии Роман и его подруга оказались в положении опасном для жизни. Гертруда призвала на помощь союзника Белу, но он испугался потуги Романовичей и не дал помощи. Роман позвал отца. И тут дошло до рейда украинской армии, единственной в княжеской эпохе нашей истории, о котором летописец написал, что «перед тем не было такого ни за Святослава, ни за Владимира»: Даниил решил помочь сыну и невестке — идти на Австрию.

Стратегически были две возможности помощи: обойти Бескид нынешней Словакией и направиться на Вену длинной дорогой среди чужой земли. И вторая — ударить Оттокара в слабое место, в заполье, идя короткой дорогой на Опавский Шлеськ, через Польшу, которая была в то время в союзе с Даниилом, а также имела свои собственные счета с чехами.

Польские князья были не «не против того, чтобы немножко напакостить чехам». С Болеславом Даниил сговорился быстро, Владислав Казимирович обещал тоже помочь. В 1253 г. Даниил уже со своей армией в Кракове. С ним является его младший сын Лев (в честь которого чуть позже был назван город Львов, ныне культурная столица Украины, а вообще мы львовяне скромные), литовцы под командой Тевтивила и Едивида и вспомогательные войска от брата Василька Волынского под командой тысяцкого Юрия. В Кракове состоялась военное совещание. Войска пошли на Чехию, переправились через реку Одра и подошли к городу Козлову. Здесь их догнал со своей пехотой и конницей Владислав Казимирович. Состоялось второе совещание, уже на чешской территории решившее: Даниил с тысяцким Юрием, Болеслав и Владислав идут на Опаву, Лев и литовцы в сторону, опустошая чешские земли за рекой Псиной. Съехаться обе армии должны были под Опавой. Лев сперва пошел определенным на совещании маршрутом, но быстро убедился, что его направили на слабо заселении окрестности, повернул и пошел — говорит летописец — в «лесистые горы», где взял много добычи.

Между тем князь Даниил с тысяцким Юрием и Болеслав доходили до Опавы. Польские разведчики шли впереди, под городом наскочил их чешский воевода Андрей и разгромил: одних убил, других взял в плен. «На войско, пишет летописец, напал великий страх», и Даниил, подъехав, отругал их:
- Чего боитесь? Разве не знаете, что не бывает войны без погибших? Не знаете, что вы встретили войско, а не баб? Как воина убьют на войне — то какое это чудо? Другие и дома умирают без славы, а эти умерли со славой. Итак, вверх сердца и поднесите оружие на врагов!

Битва

Но слова боевого князя не имели успеха. Союзники потеряли дух. Даниил, имевший только старых бояр и волыняков тысяцкого Юрия, выдвинулся на острие похода. Из окрестных сел стало население бежать в город, Князю нечем было преследовать их, союзники стояли бесчинно и он упрекал Владислава.
- Ты поступил нечестно. Если бы здесь был Лев и мои люди, мы и вреда наделали бы и город взяли.

И эти слова не помогли. Союзники не хотели даже подъехать под Опаву, где должны съехаться со Львом — и встали чуть дальше лагерем. Только, когда Даниил заявил, что сам будет ждать в назначенном месте «на мое войско», подтянулись за ним.

На вечер Лев с войском и богатой добычей прибыл под город; князь Даниил уже сокрушался, где он. С украинским воинством — пришел военный дух. В тот же день отбыли союзники на новое совещание. Решили: перейти реку, обойти город, сжечь пригороды, храмы, заграждения. Утром так и сделали, но Болеслав стоял на недалеких горах и присматривался; пошел только Владислав со своими. Вокруг первых ворот сожгли предместье легко; вокруг вторых воинов Владислава встретил со своим отрядом чешский воевода Бенеш и немного побил их. Даниил со своими воинами отправился к третьим воротам и хоть здесь встретил тоже чехов, разбил их, да так, что те бежали, аж ворота забыли за собой замкнуть и были бы «русичи» вошли в город, если бы не ошибка самого князя: больной на глаза, он не видел, в чем дело и стал заворачивать своих воинов, которые уже карабкались на ворота. Затем очень сожалел, что помешал в захвате города.

осада

Ночью князю донесли, что в городе Насели, вверх по реку Одре, есть пленные «русские и поляки» — возможно, какая-то из частей Льва. Утром князь повел туда войско, разрушая встречные села. Город Насиль, увидев большое войско, поддался, пленных освободили. «И поставил Даниил на городе свою хоругвь (залогу) и отметил победу, а людей помиловал» — пишет летописец. Затем пошел князь на другие чешские села, но услышав, что воевода Бенеш уехал со своей частью из Опавы в город Глубичичи, отправился туда. Болеслав шел с ним, Владислав вырвался вперед и вокруг Глубичич сжег все села. Потом это оказалось роковым: город Глубичичи был построен из ели, ветер дул в его сторону и войско напрасно искало дров и соломы, чтобы подложить огонь. Вокруг было сплошное пожарище и пепелище.

Вечернее совещание в тот день решило идти еще против чешского воеводы Герборта, но тот заранее прислал Даниилу меч, как знак перемирия. На том же совещании решили Даниил, Лев и Болеслав, что «мы уже разрушили всю землю» и учитывая важные государственные дела Даниила, на которого ждали послы папы в Кракове, поход был закончен. Переправившись через реку Одру, через Краков, в котором Даниил встретил послов и отослал их в Галич, говоря: «не годится мне видеться с вами на чужой земле», через Судомирскую землю, пришло «русское» войско в Холм, где князь в храме Успения Богородицы «упал, поклонился и прославил Бога, ибо ни один русский князь не воевал еще на чешской земле «. Здесь и прибыл ему на встречу брат Василько волынский.

Так выглядит в описании украинского летописца поход, который мы назвали «рейдом на Вену», потому что имел он целью оттянуть Оттокара из Австрии. Сколько продолжался поход — неизвестно: с подробностей описания следует, что недолго, хотя принимая во внимание расстояние от Холма до Опавы и обратно, можно предположить, что добрых несколько месяцев. Но самое интересное другое: дух украинского воинства в нем, отвага, и самостоятельность деяния.

Или поход имел успех? Бесспорно. Осажденный Роман не знал о нем, но знал Оттокар и предложил даже Роману согласие и разделение Австрии. Верный Беле Роман не согласился, а между тем Бела хитрил: сам послал послов к Оттокару и договорился с ним за спиной Романа. Голод в осажденном Гимбурге дошел до того, что люди ели лошадей, а Романа и Гертруду спасала некая женщина, которая тайком переносила им промеж войска Оттокара продукты из Вены. По просьбе жены Роман тайно выбрался к отцу за помощью, но затем не вернулся ни в Гимбург, ни к Гертруде. Осада продержалась еще некоторое время, Оттокар и Бела, в конце концов, решили вопрос и с Гертрудой: ее отдали Стирию и она жила в той земле, родивши дочь от Романа, а затем вышла замуж за сына загребского господина Стефана IV. Сама Гертруда под конец своей жизни ушла в монастырь, в котором и умерла в 1289 году.

В «Украинском рейде на Вену», что описанного здесь, следует отметить несколько особенно важных моментов. Таким кроме императорского дипломатического размаха князя Даниила, необычной его смелости, стратегической плановости, боеспособности участников и блестящего успеха. Увы, этого успеха не использовал ни Роман, не пошедший на предложение Оттокара чешского поделиться Австрией, ни король Даниил, повернувший свои войска ради папских послов, ожидая себе от них помощи в своей борьбе с татарской язвой. Словом — произошло то, что позже еще не раз будет повторяться в нашей истории: геройский подвиг армии — и полная политико-дипломатическая неудача из-за неиспользования этого подвига.

Тем не менее, сам поход — одна из лучших страниц нашей истории. Галич и Опава! — Какой размах!

В заключение следует еще ответить на один маленький вопрос, который наши читатели наверняка поставят. Почему Роман не вернулся к своей жене Гертруде, более того — вскоре женился вторично.

Это очень редкий случай в нашей истории, князь не жил с женой до смерти. А не жил так, что это супружество не было по любви. Это было чисто политический брак — одно из распространенных средств тогдашней дипломатии — связанное с определенным планом. Валился план — должен был развалиться и брак, основанный на нем.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>

Яндекс.Метрика

UA TOP Bloggers