Где был прикован Прометей?

Прометей

Между сказочной ночью мифов и дневным светом истории рок пометил утренние сумерки исторической легенды. (Ф. О. Зелинский).

На горе Мосхс, на Лемносе, из горна своего друга Гефеста похитил Прометей огонь для людей. Он научил людей искусствам, дал им знания, научил их счету, чтению, письму. Он познакомил их с металлами, научил, как в недрах земли добывать их и обрабатывать. Прометей смирил для смертных дикого быка и надел на него ярмо, чтобы могли люди пользоваться силой быков, обрабатывая свои поля. Прометей впряг коня в колесницу и сделал его послушным человеку. Мудрый титан построил первый корабль, оснастил его и распустил на нем льняной парус, чтобы ветер нес человека и корабль по безбрежному морю. Раньше люди не знали лекарств, не умели лечить болезни, но Прометей открыл им силу лекарств. Он научил их всему тому, что облегчает горести жизни и делает ее счастливее и радостнее. Этим и прогневал он Зевса, за это и покарал его громовержец. Так где же был прикован Прометей?

— Ну вроде бы где-то на Кавказе.

Думается, что так может ответить на вопрос большинство образованных людей. Для этого не обязательно знать специальную литературу или даже прочесть поэмы Вольтера, И. В. Гете, Дж. Байрона, П. Я. Чаадаева. Можно просто взять энциклопедию и удостовериться. И вопрос исчерпан. О чем речь?

О, речь о многом. Во всяком случае, для интересующегося историей, географией. Конечно, скептик может возразить: да ведь это миф незапамятных времен, скорее всего никакого Прометея вообще не было. А если бы и был, то доказать это невозможно, да и не нужно это никому, какой во всем этом смысл?

Хорошо, давайте поставим вопрос осторожнее: где древние греки помещали ту скалу, к которой, по повелению разгневанного Зевса Гефест приковал Прометея? Пустынная дикая местность на самом краю земли, в стране скифов. Суровые скалы уходят за облака своими остроконечными вершинами… Далеко за скалами виднеются снежные вершины Кавказских гор, подернутые легкой дымкой. Никогда еще не ступала здесь нога человека. Сюда-то, на край земли, привели слуги Зевса окованного цепями Прометея, чтобы приковать его несокрушимыми цепями к вершине скалы.

Что мы все же определенно узнаем от древних о месте, где был прикован герой? Во-первых, это была ненаселенная местность на краю тогдашней ойкумены, где-то на Кавказе. Во-вторых, местность относилась к землям скифов («Скифская пустыня»). Кавказ огромен. Скифы (или киммерийцы — их предшественники) неоднократно проникали через хребет в Закавказье и Закаспий, но на Кавказе не жили. Обитали они в северном, степном Предкавказье. Пространства эти безбрежны, но обратим внимание на то, что в ряде источников речь идет о приморской местности, а в некоторых указывается даже, что скала располагалась над морем.

Впрочем, даже если бы не было прямых указаний, надо было бы ограничиться приморской полосой, потому что греки и в конце І тысячелетия до новой эры поселялись только в определенных местах восточного побережья Понта Эвксинского (гостеприимного), а уж во II тысячелетии до новой эры, когда Понт для них был Авксинским (негостеприимным), они только кратковременно высаживались на его берегах (приключения Ясона в замке Эета в Колхиде вряд ли продолжались более нескольких недель или месяцев). Но мы имеем и прямые указания на расположение места наказания Прометея на берегу.

Итак, скалу Прометея надо искать на черноморском берегу, на границе Скифии и Кавказа. Такое пространство только одно: южнее Кубанской дельты, где-то в районе нынешней Анапы. Местность низменная, равнинная, только южнее начинаются горы. И там появляются скалы.

Логика научного анализа (да и занимательного сюжета) требует остановиться и обсудить другие варианты решения, а заодно поискать подтверждения нашей идее.

Тема прикованного к скале великана, который рвет свои цепи и сотрясает землю, присутствует в эпосе многих народов Кавказа. Конечно, с местными вариациями и некой конкретикой, в первую очередь географической.

Обычно великана помещают на господствующей над округой горе. У кабардинцев, черкесов и абхазцев это Эльбрус, у грузин — Казбек, у армян, естественно, Арарат. Есть и местные вершины вроде горы Фишт на Западном Кавказе. Но все эти предания сравнительно поздние, и в них исследователи видят только дивергенции древнейшего мифа.

Место действия мифа было фактически забыто уже задолго до начала нашей эры. Об этом свидетельствует тот факт, что во времена Александра Македонского (IV век до новой эры) греки переносили название «Кавказ» на азиатские хребты. Такой многознающий и добросовестный географ, как Страбон (I век до новой эры), будучи сам уроженцем причерноморской Малой Азии, не сомневался в том, что Прометей томился на Кавказе, но о конкретном районе представлений не имел. Что уж говорить о римлянах. Вот, например, начальник римского флота Арриан, объезжая во II веке новой эры крепости восточного Понта, сообщает на пути с юга к Диоскуриаде (ныне Сухуми): «Нам показывали одну из вершин Кавказа — имя вершины Стровил,— на которой, по мифологическому преданию, Прометей был повешен Гефестом по приказанию Зевса».

Ясно, что уже в начале нашей эры завоеватели (вслед за аборигенами) смутно себе представляли действительное положение местности, где разворачивались события. Несомненно, что Колхида и окружающие ее горы никак не могли служить сценической площадкой хотя бы потому, что здесь скалистые горы не подходят к берегу. И пусть не вводит нас в заблуждение в этом смысле фраза дочери колхидского царя Медеи: «Недалеко от нас над песчаным морским берегом нависла та скала Кавказа, к которой по велению Зевса Гефест приковал Прометея». Конечно, Колхида находится «недалеко» по сравнению с родиной аргонавтов Арголидой, с Геракловыми столбами (Гибралтар), да даже и с Геллеспонтом (Мраморное море). Для нас важнее здесь то, что Медея знает не только о скале Прометея, но и о ее нахождении над песчаным морским берегом.

Обратили ли вы внимание на указание в мифе: «в Скифской пустыне»? Много лет это указание не несло для меня никакого особого смысла.

На карте Страбона есть две Скифии. Одна — Малая Скифия — располагается у западного берега моря, южнее Дунайской дельты, другая — собственно Скифия — в северном Крыму и прилегающих с севера степях. Ни ту, ни другую считать Скифской пустыней нельзя (да они и не называются так), потому что они были населены скифами, хорошо известными грекам, поселения которых располагались на самом берегу поблизости. Не может располагаться Скифская пустыня и севернее Истра (Дуная) до Тиры (Днестра), ибо там лежит «Пустыня гетов».

Но вот однажды, перечитывая еще и еще раз Страбона по совсем другому поводу, я наткнулся у него как бы заново тоже на «Скифскую пустыню».

В этом отрывке Страбон говорит об образовании наносов у самых устьев рек, например, так называемые «Груди в устье Истра, Скифская пустыня и Сальмидес (где и другие бурные потоки содействуют образованию наносов), песчаное низкое устье Фаста и топкое побережье Колхиды, устье Фермодонта и Ириса, вся Фемискира, Равнина амазонок и большая часть Сидены» Здесь и далее перечисляются низменные устьевые области черноморских рек. Скифская пустыня здесь логически стоит в перечислении устьевых областей. В Малой Скифии, на западе Понта, рек вообще нет, в Скифии главной нет таких, которые бы вели к обмелению устья.

С другой стороны, из крупнейших рек Черноморья, устья которых хорошо знакомы были грекам и уж, конечно, Страбону, в списке отсутствует устьевая область Кубани (Антикита древних), известная своим обмелением за счет приносимых обильных наносов. В то время Кубань впадала в лиман Черного моря и должна была попасть в приведенный перечень Страбона. Думается, она и попала под нерасшифрованным названием Скифской пустыни.

Вот, однако, какое может возникнуть недоумение. Скифы, как известно, появились на исторической арене в VIII—VII веках до новой эры. Между тем действие мифа имело место, по крайней мере, на тысячу лет раньше, когда греки только начали знакомство с Понтом, страной золотого руна Колхидой, Тавридой (куда перенесли Ифигению), Истром (Дунаем), по которому отправили аргонавтов в обратный путь. Сюда, на край тогдашней земли, прибыл в XIV—XII веках до новой эры легендарный Геракл, чтобы освободить Прометея от пут. Здесь Медея (XIII—X века до новой эры) помогла Ясону добыть золотое руно.

Золотое руно

Но причем здесь скифы? По-видимому, все дело в том, что скифами древние называли другие кочевые народы, в том числе сарматов, савроматов. Согласно тому же Страбону, древние греки называли жителей знакомых им северных стран одним именем «скифов», а Гомер (XII—VIII века до новой эры) не мог не знать скифов (под названием «гиппемологов»). Думается, и название «Скифская пустыня» Страбон заимствовал у гораздо более ранних писателей. В его времена (I век до новой эры) эта местность уже давно перестала быть пустынной. Эсхил в V веке до новой эры, пользовавшийся гораздо более ранними источниками (до Геродота), представлял себе место действия куда как конкретнее.

У Эсхила Гефест, Власть и Сила подводят Прометея к утесу в «пустынной горной местности в далекой Скифии».

Власть: Вот мы пришли в далекий край земли, в безмолвную пустыню диких скифов.

Вот она опять, «пустыня скифов», и причем горная. Заведомо в VI веке до новой эры (и раньше).

В том-то и состоял замысел жестокого Зевса, чтобы Прометей нес наказание в пустыне, вдали от тех, кто мог бы, помня его благодеяния, помочь страдальцу.

Продолжение следует.

Автор: Андрей Никонов.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>

Яндекс.Метрика

UA TOP Bloggers