Ермак и покорение Сибири

покорение Сибири

После покорения Казанского ханства в 1552 году царь и государь Иван Васильевич повелел Землю Русскую измерить и чертеж государства Московского сделать. Прошло несколько лет, и на огромном куске полотна размером три на три аршина был выполнен «Большой чертеж». На нем в правом нижнем углу отдельным пятном обозначено было Астраханское царство. Оглядев пространную картину земель, рек и озер своих да соседних, царь Иван Васильевич объявил награду тем удальцам, кои откроют водный путь из Руси в Индию и Китай. Какой окажется ближе — северными морями, вокруг Азии, или сибирскими реками и волоками? Это предстояло узнать.

За русскими мореходами и землепроходцами ревностно следили голландцы и англичане. Они давно порешили учредить Ост-Индскую торговую компанию с главными конторами на острове Яве и в Калькутте. Но слишком дорог и чреват был путь в Индию и Китай — вокруг Африки. И вся лихва от торговли с дальними этими странами таяла, как лед на экваторе.

С середины 1550-х Англия регулярно посылала торговые корабли в устье Северной Двины, купцы британские получили на Руси небывалые льготы. Однако царь Иван IV отказал дипломатическому и торговому агенту британской короны Антонию Дженкинсону, когда тот попросил разрешения отправиться к устью Оби. На сибирскую мягкую рухлядь — меха — русский государь хотел сохранить монополию. Тем более что вслед за ногайцами ханы сибирские сами попросились в данники царя — в надежде, что он защитит их от опасных соседей. А рядом, в Приуралье, уже крепко сидели свои предприимчивые люди — солепромышленники Строгановы.

Иван Васильевич, однако, дал Дженкинсону пропуск на известный издревле южный путь в страны Востока. В августе 1558 года Антоний Дженкинсон, первый из купцов Альбиона, поднял свой национальный флаг над волнами Хазарского (Каспийского) моря. Он вез огромный груз товаров. На туркменском берегу навьючил тысячу верблюдов и провел этот небывалый караван в Бухару. Предприимчивый Дженкинсон хотел идти дальше, но в Бухарии его надолго задержала война…

В Бухаре опытный в коммерции и международной интриге Дженкинсон времени даром не терял. И вполне мог познакомиться здесь с одним из «безработных ханов», который хотел бы занять сибирский престол. Этот Кошим, сын Муртазы, был бесспорным потомком Чингис-хана, что по-прежнему ценилось на просторах бывшей Империи монголов. И не так уж давно (1468—1495) Сибирью правил дядя Кошима, Абак. А ныне — сместившие и убившие его люди из рода Тайбуга — стало быть, кровные враги Кошима.

Дженкинсон и Кошим имели общие интересы — Сибирское ханство. Англичанин мог даже подталкивать Чингисида к активным действиям, обещать содействие, рисовать картины будущего процветания от союза с Англией. Так или иначе, но в 1563 году орда Кошима, сына Муртазы, воевала Сибирь. Дженкинсон в это время возвращался с Востока через Московию в Англию…

ДИНАСТИЯ «ПРЕСВИТЕРА ИОАННА»

Ханы сибирские происходили из гуннского племени кераитов. В XII веке кераитами правил сильный, независимый хан Тогорил. Жизнь Тогорила была соткана из череды несчастий и побед. В семь лет будущий хан попал в плен к меркитам, в тринадцать — к татарам, а в двадцать ему дали яду в пиале с вином родные братья, дабы власть отца не перешла к нему. По воле Бога пиалу испила жена Тогорила и умерла в ту же ночь. Разгневанный Тогорил приказал сломать спины братьям-отравителям — Юла-Жагусу, Тай-Тэмуру и Буга-Тэмуру. В именах последних очевидна традиция — называть близнецов одинаково, но с приставками «Тай» и «Буга», составляющими имя рода.

А тамгой Тайбугидов — гербом, знаком собственности на рабах, скоте и на другом имуществе — был несторианский крест. Еще дед Тогорила принял христианство и крестил кераитов. Слухи о христианском царстве на Востоке, о несметных богатствах их правителя распространялись по свету.

Говорили и писали о царе-пресвитере, то есть государе-первосвященнике, Иоанне. А несторианин Тогорил после 1198 года получил от правителей манчжурско-китайского государства Цзинь за совместные военные действия почетный титул «ван» (то же, что князь, хан) и стал именоваться Ван-ханом. Не от того ли и имя легендарного царя-пресвитера?..

В той же успешной войне 1198 года вместе с цзинь-цами участвовал Темучин — будущий Чингис-хан. Тогорил был побратимом его отца и названым отцом самого Темучина. Но вскоре Ван-хану и набирающему мощь Темучину стало тесно в степи. Они рассорились. Тому способствовал и сын «Пресвитера Иоанна» Сэнгум. Между монголами и кераитами началась кровопролитная война, а пять лет спустя Пресвитер Иоанн бежал из своего ханства в сторону захода солнца. В немногочисленных тюках на спинах вьючных лошадей беглецы-христиане везли разобранную юрту-церковь, низенький столик, аналой, серебряный несторианский крест в рубинах, большое цельнолитое блюдо-дискос из серебра с рисунками на евангельские сюжеты, подвесную железную доску-колокол.

Пресвитер Иоанн вез эти святыни к единоверцам уйгурам. Но в найманском улусе беглый хан с семьей натолкнулся на воинский караул. Молодые спаслись, а Ван-хан лишился головы под саблей грубого сотника. Не намного пережил отца Сэнгум. У уйгуров он занялся разбоем, за что был убит волостным старостой. А в год покорения Уйгурии ордой Чингисхана тот же староста выдал победителю жену и сына Сэнгума.

Жестокая казнь стала бы уделом пленников, не женись Чингисхан в 1203-м на Есун-беги, дочери Ван-хана. Очередная жена Потрясателя Вселенной сохранила верность религии отца и всячески покровительствовала христианам в бескрайней империи мужа. Позаботилась и о родственниках. Чингисхан выделил Тайбу-гидам земли и леса на берегах Тобола, Туры, Ишима и Иртыша — страну «Сибирь». Деятельный внук Ван-хана основал в сердце новых владений город Чингис-Тура.

Так государственной религией Сибирского ханства стало христианство несторианского толка. И хотя с XV века в Сибири властвовали Чингисиды, они поддерживали потомков Пресвитера Иоанна, известных подданным и соседям именами с приставкой «Мар». Это не наследственное и не династическое имя сибирских ханов. Это духовный титул у несториан!

ПОЯВЛЕНИЕ ЕР-МАРОВ

Мар-Саргиз, Мар-Тума, Мар-Юханнан, Мар-Явапага, Мар-Илия и Мар-Тимофей — вот неполный перечень имен святых и архиепископов у христиан этого толка. Письменность у них была сирийская, слово «мар» — из того же языка и означает «святой». Не только к людям, но и к святым местам применялось оно, чему яркое свидетельство — древний туркменский город Мар (Мары). В нем несториане Средней Азии с IV века имели епископскую кафедру, а с 420 года — митрополию. Некоторые епископы из города Мар известны как авторы богословских и исторических трудов. Патриарх Мар-Тимофей (780—819 гг.) вел переписку с тюркскими каганами и обратил в христианство карлукского джабгу. Из города Мар уходили в Кыпчакскую степь и в тайгу сибирскую многочисленные миссионеры. Один из них по имени Мар-Саргиз крестил кераитов.

В город Мар проповедники Христова учения сообщали о числе новообращенных кочевников, о передвижных церквах-юртах, о выборах пресвитеров, диаконов и монахов из благочестивых прихожан. Миссионеры просили владык переслать им с оказией в стойбища несторианские кресты, блюда-дискосы да железные доски-колокола.

Когда Святой Город был разрушен арабами, то двор Маров перебрался в Самарканд, где пребывал до появления Железного Хромца — Тимура. Ассирийская легенда говорит, что несторианам удалось даже крестить одну из жен нового Повелителя Мира, но Тимур не пожелал испытывать влияние христиан и в гневе приказал бросить несчастную несторианку с высоченного минарета, а на ее единоверцев обрушил жестокие гонения. От всеобщей резни спаслись четыре несторианские общины: одна бежала на остров Кипр, другая — на Мапабарское побережье в Индии, третья, во главе с архиепископом, — в курдистанские горы, четвертая — во владения потомков Пресвитера Иоанна.

От Курдистана до Сибири сравнительно недалеко, поэтому связь тайбугинцев с несторианской архиепископией установилась сразу же после смерти Тимура. Христиан в Сибири стало столько, что в Чингис-Туре появился духовный титул «мар» — свой епископ…

В 1468 году хан Абак, новый Чингисид на сибирском престоле, смог по-настоящему утвердиться в ханстве лишь после женитьбы на дочери мара. Но шли годы, и неблагодарный Абак отстранил тестя-мара и других знатных кераитов от власти, он истощил народ войнами. И тогда недовольные Абаком и его родней кераиты собрали на окраинах ханства большое войско во главе с Мар-Мухаммедом. И ему — победителю Абака — вручили несторианские святыни Тайбугидов — блюдо, крест в рубинах и плоский колокол, которых касались руки Пресвитера Иоанна. Победитель Абака в угоду древним обычаям степняков прибавил к своему духовному титулу «мар» тюркский богатырский титул «ер». С той поры на просторах бывшей монгольской империи наравне с былинными и сказочными героями Ер-Кокча, Ер-Таргын, Ер-Ешим, Ер-Назар и Ер-Тештюк появился у кераитов Ер-Мар, сиречь «герой-святой», «герой-епископ»!

Ер-Мар Мухаммед в тот победный год предал забвению прежний стольный город Чингис-Туру и основал новый под названием Аскер. Это арабское слово означает «войско», «армия». Народ называл город иначе — Кашлык, под этим именем он был известен соседям.

Ер-Мар Бек-Булат был внуком Ер-Мара Мухаммеда. Кровная месть за Абака угрожала ему по наследству. В 1563 году Кошим — сын Муртазы, племянник Абака — захватил стольный Кашлык.

Трофеи победителя были так велики, что новый правитель предал смерти своего кровного врага Бек-Булата весьма дорогим способом. Палачи расплавили над огнем костра старинный несторианский крест, без рубинов уже, запрокинули пленнику голову, разжали кинжалом зубы да залили в рот несчастного огнедышащую жидкость!

К неудовольствию мулл бухарских, расплавленного серебра едва хватило на три жертвы, ибо палачи не расплавили, как оказалось, вторую священную реликвию кераитов-несториан. Цельнолитого серебряного блюда-дискоса не нашли ни во дворце, ни в юрте-церкви. Поэтому остальным верным слугам Бек-Булата сломали спины.

Однако и кераиты, и остяки с вогулами оказали сильное противление муллам и ишанам из Бухары, пришедшим с Кошимом. Мужество ревнителей несторианства подогревала родившаяся в тот год легенда о волшебном блюде Ер-Маров. Оно, дескать, недаром перенеслось птицею поверх таежных деревьев и высоких гор в христианскую Русь к своему новому владельцу — Ер-Мару Темучину: несторианская святыня спасет весь крещеный народ Сибири от «кучумов» (чужаков, пришельцев — так прозвали и самого Кошима)…

В 1564 году русские послы поинтересовались у нового сибирского правителя: кто будет платить Москве ясак, исправно поступавший из Кашлыка вот уже восемь лет? Кучум вынужден был взять на себя тяготу убитого предшественника. Но вскоре южному соседу сибирского хана, воинственному Хакк-Назару, не понравилась дружба между Кашлыком и Москвой. Хакк-Назар стал теснить Кучума так, что тот в 1570 году обратился к государю Московскому за помощью. «Нынеча у меня война с Казацким царем, — писал князю Ромодановскому напуганный Кучум,— и если одолеет меня Казацкий царь, то сядет на Сибирь». Но Иван Грозный послал помощь не воинскую, а фискальную — отряд дьяков- повытчиков с Третьяком Чебуковым во главе, для переписи оброчных душ в ханстве и для подсчета ежегодного ясака Москве мягкой рухлядью.

В начале 1573 года в тайгу со стороны захода солнца прилетели слухи об удачном набеге на Русь крымского хана Давлет-Гирея, о сожжении им Москвы. И поздней осенью Кучум послал своего племянника Мегметкула в порубежные владения — пройтись огнем и мечом по городкам и весям Пермской губернии. Одним из первых среди государевых людей был убит Третьяк Чебуков, а татарские ватаги дошли до стен Нижнего Чусового городка. Но большой войны с Россией сей разбой не вызвал. Кучум свалил всю вину на несмышленого племянника да удвоил ясак свой в царскую казну.

А что же английский интерес к Сибири? Угас? Про А. Дженкинсона мы знаем, что он еще три раза ездил через Московию в Бухару и Персию, то есть имел дело с двором покровителя Кошима — эмира бухарского. А летом 1580 года английские мореходы Артур Пэт и Чарльз Джекман получили от королевского двора наставления о незамедлительных поисках торгового пути в Индию и Китай через Сибирь. Командирам парусников «Джордж» и «Уильям» приказано было идти северными морями к устью Оби и зазимовать там. Весной следующего года Пэту и Джекману разрешалось плавание по таежным рекам вплоть до города Сибирь (Кашлык) и зимовка там.

В случае встречи с «азиатскими дикарями» сынам Альбиона надлежало пригласить гостей на борт, обрызгать их нежнейшими духами, одарить мармеладом в изящной упаковке, напоить крепким вином, а на закуску подать бисквиты, увлажненные лучшим оливковым маслом с острова Занте. Среди товаров в трюмах парусников были испанские покрывала, красные матросские шапки, стеганые ночные колпаки, шелковые подвязки для чулок, зеркала и хрустальные очки. Провидению было угодно, чтобы «Джордж» и «Уильям» в том году смогли дойти лишь до острова Вайгач, а от него повернули домой. По пути к Англии буря разметала мореходов. В родную гавань прибыла лишь команда Артура Пэта. Другой парусник так и не объявился…

Продолжение следует.

Автор: Муса Валиев.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *