Как люди учились писать. Часть вторая.

пещерная живопись

Те древние охотники, о которых мы рассказали в прошлой статье как об искусных художниках, рисовавших фигуры зверей, конечно, во время охоты могли также применять и какие-нибудь простые знаки, например, для отметки своего пути. Идет охотник по лесу, знает, что надо будет вернуться к своему жилищу, или что за ним, по его следу, должен пройти другой человек, — и вот он отмечает свой путь, скажем, надламывая ветви на деревьях. Другой человек идет по следу, замечает сломанные ветви и соображает, «читает»: вот здесь прошел первый охотник. Тот, кто делал отметки пути, пойдет обратно от дерева к дереву с обломанными ветками и также будет по ним как бы читать: вот здесь я прошел.

Эти отметки подобны указателям пути на наших дорогах. Стоит столб, на нем табличка, а на ней написано: с одной стороны — «Киев», с другой — «Львов». Разумеется, надписи на наших дорогах полнее, точнее и яснее, чем отметки пройденного пути сломанными ветками, зарубками на деревьях или камешками, положенными на тропинки. Но все же и эти отметки — уже что-то вроде письма, знаки, которые можно читать и понимать. Посредством этих знаков можно сообщать что-нибудь другим людям, о чем-нибудь их извещать, даже если они сейчас находятся далеко и придут сюда нескоро.

Так и наше письмо. Сидят вместе за столом учитель и ученик; учитель рассказывает, а ученик слушает и запоминает. Но ученик может взять печатный учебник и читать его, даже не зная, где сейчас его автор. Человек написал книгу, может быть, десять, двадцать или сто лет назад, но мы можем ее читать и понимать.

С примитивных условных знаков начиналось письмо. Оно возникало потому, что у людей была потребность передавать свои мысли на расстоянии и сохранять их на долгое время. Есть латинская поговорка: «Verba volant, scripta manent». Она означает: «слова улетают, а письмо остается». В стремлении найти средство передачи мыслей, при котором они не «улетали» бы, а «оставались», люди и создавали письмо.

ПОСЛАНИЕ СКИФОВ ПЕРСИДСКОМУ ЦАРЮ

Уже задолго до того, как было изобретено настоящее письмо, многие народы умели передавать сообщения примитивными дописьменными знаками. Когда они хотели отправить «письмо», они посылали какие-нибудь вещи, намекающие на то, что нужно было сообщить.

Греческий историк Геродот, которого называют «отцом истории» и который жил в V веке до нашей эры, то есть больше двух тысяч лет назад, рассказал об одном оригинальном «письме» которое получил знаменитый персидский царь Дарий. Дарий воевал со скифами, жившими к северу от Черного и Каспийского морей. Когда он пошел на них войной, скифы послали ему серьезное предупреждение, что они окажут решительное сопротивление и что покорить их не удастся. Но скифы, по словам Геродота, тогда еще не пользовались настоящим письмом и вместо «письма» они послали царю птицу, крысу, лягушку и пять стрел. Они как бы желали этим сказать: «Если ты не можешь летать, как птица, прятаться в норах, как крыса, нырять под воду, как лягушка, то мы закидаем твое войско стрелами». Дарий все это понял, хотя здесь выражены были только намеки на то, что хотели сказать скифы.

В этом случае скифы выразили довольно длинное и очень содержательное сообщение, но, по всей вероятности, их послы, которые передавали царю птицу, крысу, лягушку и пять стрел, сами должны были устно пояснять ему смысл «письма». При таком способе письменных сношений надо было вместе с «письмом» посылать и человека, который бы мог это «письмо» прочесть и растолковать.

УЗЕЛКОВОЕ «ПИСЬМО» ДРЕВНИХ ПЕРУАНЦЕВ

Когда испанцы в XVI веке, после открытия Америки Колумбом, покоряли южно-американское царство Перу, они застали там удивительную систему «переписки» с помощью разноцветных шнурков с различными узелками и сплетениями. Царство Перу, где главенствующим народом были инки, древние перуанцы, управлялось централизованно. Из столицы посылались распоряжения правителям отдельных провинций и округов, а оттуда в столицу шли отчеты о сборе урожая, о взыскании податей и повинностей с населения и тому подобные «документы».

Узелковое письмо инков

Вся эта сложная переписка обслуживалась письмами-шнурками, которые носили туземное название «кипу». Такие сплетения шнурков состояли из нитей разной длины, разной толщины, разного цвета. Нити эти соединялись друг с другом то повыше, то пониже, то таким узелком, то другим, то привязывался шнурок зеленый, то желтый, красный, синий, — черный, белый. Все эти шнурки, узелки и сплетения древние перуанцы завязывали для «памяти» так же точно, как многие из нас, когда хотят что-нибудь не забыть, завязывают узелок на своем платке. Но у нас это только один узелок, и назначение его, только в том, чтобы напомнить: подумай, ты что-то должен вспомнить. У древних же перуанцев была целая система сплетений разноцветных шнурков с различными узелками, в которых толщина шнурка, его цвет и каждый узелок имели и свое особое значение. Были люди — специалисты по этим шнуркам и узелкам, — которые знали и помнили все их значения.

Узелковое письмо инков

Призывали такого человека к начальнику и говорили ему: ты пойдешь в такую-то местность и передашь наше распоряжение такому-то правителю, чтобы он из урожая такую-то долю немедленно прислал нам и чтобы он пошел войной против такого-то непокорного племени, и так далее. Специалист по узелковому письму брал подходящие шнурки, — при этом, например, зеленый шнурок говорил об урожае, а красный — о кровавом военном нападении, — завязывал на них нужные для передачи приказания узелки и … сам лично с этими узелками отправлялся в путь. Придя к адресату, гонец выкладывал перед ним принесенное с собой «кипу» — шнурки с узелками — и рассказывал устно то, что ему велено было передать и что эти узелки выражали. Без узелков он, пожалуй, мог бы что-нибудь забыть или передать неверно, а поглядывая на узелки и показывая их адресату, он вспоминал, все то, что требовало особой точности, например, цифры: сколько собрано урожая, сколько убито врагов, сколько взято в плен.

Мы видим, следовательно, что хотя узелками и «записывали», все же эта система не была такой общепонятной, какой является система нашего современного письма. У нас ведь каждый может что-нибудь написать и всякий другой сможет прочесть написанное. Значит письмо древних перуанцев — также еще не настоящее письмо.

Автор: Л. И. Жирков.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *